час расплаты
18:41 | 18-03-2006 | Cinematograph, Literature | 1 Comment
помнится, Трумена Капоте я читал в одну из своих детских поездок к морю — чья-то родительская книжка, попавшася под руку, сборник рассказов, по заглавной повести обозначенный “Голосами травы”. где я не помню ни сюжетов, ни прочитанного количества — оно и понятно, ведь сначала, в детстве-отрочестве мы торопимся за сюжетом, сами повторяя и даже создавая миры вслед за автором — но миры действия, не больше. потом, сменяя книги и возраст, сюжет начинает придавливать нас, входя тяжестью Кафки или Достоевского, которых в молодом задоре мы не боимся, но, наоборот, даже ищем, отмечаем; ставим крест — и долго не возвращаемся затем, потому что после — после страшно. потому что больно и отчего-то неловко. и еще потому, что как самый тяжелый вдруг камень — но снова только переплетение судеб, сюжетная мозаика, за деревьями которых все еще не видно леса.
и лишь дальше… дальше мы видим, как слова обретают плоть, как поднимаясь над бумагой, они сгорают прорываюшимся изнутри огнем; как сюжетно-физическое торопливое перелистывание вдруг сменяется чем-то неощутимым, но куда более даже материальным и тяжелым: так мы начинаем искать, и лес смысла, сути (или — познания) наваливается сверху, проникая в каждую клетку, заполняя ее, принося не сиюминутное уже, но постоянное. вечное?
я не читал “In Cold Blood”, нет. но фильм, что я только что видел — он горел; горел именно таким пламенем, сжигая внутри каждый самый кусочек, каждый сантиметр: кадры застывали в воздухе, ломаясь хрупкой пленкой тающего льда, поднимаясь над, отрываясь от киноэкрана.
а еще я почему-то вспомнил “A History Of Violence” — или то, каким он вполне мог быть.
что надо еще:
переходное состояние.